Страницы жизни великого русского писателя.
Выпуск 8
Натурой Бунин был непоседливой, увлекающейся. Живя в Орле, он не сидел на месте. Мог, не раздумывая, отправиться в Смоленск, Витебск, Полоцк… И все лишь потому, что ему нравились названия этих городов. Именно на это время и пришелся его страстный и печально завершившийся роман с Варварой Пащенко. Эта высокая и стройная девушка в пенсне, служившая корректором в «Орловском вестнике», надолго приковала к себе сердце молодого поэта.
В «Жизни Арсеньева» он так воскресит тот момент, когда впервые увидел её: «…в столовую вошли две девушки в цветисто расшитых русских нарядах с разноцветными бусами и лентами, с широкими рукавами, до локтя открывающими их молодые круглые руки…
Удивительна была быстрота и безвольность, лунатичность, с которой я отдался всему тому, что так случайно свалилось на меня, началось с такой счастливой беззаботностью, легкостью, а потом принесло столько мук, горестей, отняло столько душевных и телесных сил!
Почему мой выбор пал на Лику? Оболенская была не хуже её. Но Лика, войдя, взглянула на меня дружелюбней и внимательней, заговорила проще и живей…»
Отношения развивались постепенно: сначала он нашел в ней умного собеседника, с которым можно поговорить на самые разные темы, потом обнаружил, что время, проведенное с ней, пролетает как миг, и, наконец, хотелось бесконечно слушать, как она играет на рояле.
«Когда она играла что-нибудь прекрасное, как я любил её! Как изнемогала душа от восторженно-самоотверженной нежности к ней! Как хотелось жить долго, долго! Часто я думал, слушая: «Если мы когда-нибудь расстанемся, как я буду вообще слушать это без неё! Как я буду вообще любить что-нибудь, чему-нибудь радоваться, не делясь с ней этой любовью, радостью!»
Любовь, оказавшаяся взаимной, казалось, обещала в будущем только счастье. Первыми отрезвили родители невесты, когда Иван приехал в Елец просить её руки. Отец, уважаемый в городе доктор, с неплохой практикой и недвижимостью, без обиняков заявил, что для дочери желает более обеспеченного мужа:
«Не хочу видеть вас обоих несчастными, прозябающими в нужде, в неопределенном существовании. И потом, позвольте говорить уж совсем откровенно: что у вас общего? Гликерия девочка хорошенькая и, нечего греха таить, довольно переменчивая, — нынче одно увлечение, завтра другое, — мечтает, уж, конечно, не о толстовской келье под елью, — посмотрите-ка, как она одевается, невзирая на наше захолустье. Я отнюдь не хочу сказать, что она испорченная, я только думаю, что она, как говорится, совсем не пара вам…»
Конечно, отец лучше знал свою дочь, видел разность характеров и стремлений. В этом Бунину придется убедиться спустя четыре года их гражданского брака, в котором будет сначала много счастья, радости, а потом размолвок, ссор, обид… Отдать должное, Варвара пыталась спасти отношения, неоднократно прибегая к помощи старшего брата Юлия, влияние и авторитет которого были огромны для Ивана. Он неоднократно выступал посредником, миря влюбленных, но все это было ненадолго. Из семейной жизни ничего не вышло. Последней точкой романа стало бегство Варвары из Полтавы, где они жили, торопливое, неожиданное для Бунина. В прощальной записке, оставленной на столе среди беспорядка в комнате, было всего несколько слов: «Уезжаю, Ваня, не поминай меня лихом». Бунин кинулся её разыскивать. В Ельце в доме Пащенко его не приняли, адреса Варвары не дали. Через полгода он неожиданно узнал, что она вышла замуж за его друга Арсения Бибикова…Удар был настолько сильным, что родные месяц не оставляли его одного без присмотра, опасаясь, что он может наделать глупостей. Бунин долго не смог смириться с поражением; и летом 1895 года он продолжал писать Варваре Владимировне, замужней женщине, письма, в которых кипели боль, обида, тоска, любовь, ненависть:
«Ты и жива и умерла для меня. Умерла милая и жива для меня. Жива та, ненавидимая, чужая, умершая для меня»; «Клянусь спасителем, я говорю не с теперешней тобою, — чужой женой, а с прежней, которая может оживать на мгновение. А Варвару Владимировну Бибикову я презираю».
